Кощунственные мысли

К вопросу о помыслах кощунственных, нечистых, блудных, скверных, которые умучивают современного человека и мешают ему жить по-христиански, даже если он уже воцерковлен.

Здесь мне сразу вспоминается явление Пресвятой Богородицы святому Серафиму Саровскому, вместе с двенадцатью мученицами и великомученицами, по-моему, бывшее на Благовещение 1825 года. Одно из ярких посещений его Божией Матерью (об этом можно прочитать в Дивеевской летописи владыки Серафима (Чичагова)), в которое Она ему сказала, что древние мученицы — указывая на мучениц, стоявших при Ней, — как апостолы при Христе, числом двенадцать (свв. Екатерина, Марина и другие), страдали, прежде всего физически: их жгли, резали, в конце концов убивали. А вот люди современного мира, последних времен, — иначе.

(Последние времена — это растяжимое понятие, я не сторонник ограничивать милость Божию. Тот же святой Серафим сказал, что мир простоит, по его мнению, более 8 тысяч лет от Адама. Синод это в то время это не опубликовал, но если 8 тысяч лет от Адама — это еще минимум 470 лет по тому исчислению, которым тогда пользовались. При этом, батюшка Серафим сказал буквально «я мню», то есть «я думаю», это, естественно, известно только Богу.)

Так вот, люди последних эпох будут страдать, по мнению Божией Матери, в основном от мысленной борьбы с дьяволом и от уколов мысленных, ментальных. В летописи другие слова использованы, но примерно об этом речь.

И в этом смысле это часть некого мученичества последних времен для православных христиан. Это надо принять. Ко мне ходил один человек, который от каждого помысла очень сильно уязвлялся. И на исповеди как-то, я бы сказал, нетерпеливо просил Бога остановить эту мысленную брань. Я его просил набраться терпения. Святой Паисий Афонский говорил: «Мы не можем запретить самолетам-мыслям летать на нашем мысленном небе, но мы можем не пускать их на наши аэродромы».

То есть не надо обращать на них внимание, собеседовать с ними, надо переключать внимание на Иисусову молитву, на короткие поучения молитвенные. Кто-то берет цитаты из Писания «Боже, в помощь мою вонми» или «Боже, милостив буди мне, грешному», либо Иисусову молитву в разных ее формах, более длинную или более короткую. Например, на Афоне более распространена «пятисловная» молитва в память о словах апостола Павла «Лучше сказать пять слов умом, чем тьму языком» (1 Кор. 14:19): «Господи Иисусе Христе, помилуй меня». У нас больше распространена «восьмисловная»: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня, грешного». Формат этой молитвы может меняться. У того же святого Серафима есть такой вариант: «Господи Иисусе Христе, Богородицею помилуй меня» — это вечером он советует, а утром просто «Господи Иисусе Христе, помилуй меня». Самый короткий формат, который я встречал, — у румынского старца Софиана (Богиу), он недавно прославлен в Румынской Православной Церкви, он практически наш современник. Он читал так: «Иисусе, помилуй меня». В течение дня, когда разговоры, встречи, звонки, такой короткий формат наиболее удобен. Не стоит зацикливаться только на одной форме, а просто использовать, нечасто меняя, какую-то привычную для себя: скажем, полдня так, полдня — немного иначе. Тут разные форматы могут быть.

Некоторые священники боятся, что люди, практикующие Иисусову молитву, могут впасть в прелесть. Надо просто предупреждать прихожан, чтобы они совершали это со смирением, без поиска каких-то состояний, просто смиренное обращение к Богу. Если мы не молимся Богу, как апостол Павел говорит («непрестанно молитесь»), мы тоже можем впасть в прелесть, в самодовольство и в забвение или подверженность плохим мыслям.

Еще один пример вспоминается, по-моему, тоже из рассказов старца Паисия, когда один монах пытался полностью избавиться от помыслов. Не имея, видимо, терпения, желая быстро от них освободиться, достигнуть бесстрастия, он решил сам с собой отплевываться от помыслов, опираясь на формулу в таинстве Крещения: «Дуни и плюни на него», имеется ввиду по тексту — на лукаваго духа. Так вот, тот монах стал отплевываться от помыслов, но кончилось тем, что он вел себя как человек, потерявший разум, плевался каждую секунду в разные стороны, вел себя как одержимый человек. Видимо, Господь это попустил за нетерпение, желание каким-то быстрым, техническим способом избавиться от того испытания, которое поручено Богом современному человеку.

Поэтому здесь, с одной стороны, важно осознание того, что это часть нашего подвига, что человек не оскверняется тем, что этот помысл появляется на «небе» его мысленном. При этом, мы должны помнить, что находимся в брани, в брани не против плоти и крови, а против духов злобы поднебесных. А на войне стреляют враги!

И это их присутствие, даже некая тень их присутствия в нашем сознании, в нашей жизни требует трезвения и смирения. Но остальная работа состоит в том, чтобы на них не концентрироваться, не увлекаться этими мыслями, не собеседовать с ними. Здесь много примеров у отцов.

Святой Амвросий Оптинский советует: «Вот мужик едет по базару, со всех сторон доносится гомон лавочников, там зовут, тут пирожки, тут арбузы, кто-то кричит: купи у меня, я тебе скидку сделаю! А он знает, куда ему ехать, он хочет что-то купить на другом краю базара. Он тихо подгоняет лошадку, едет себе спокойно дальше». Ну кричат и кричат, у каждого своя задача, каждый свою работу делает. И старец Паисий объяснял это похожим образом. Он говорил: «Дьявол свою работу делает, кукарекает, а наше дело — свою работу делать».

Поэтому заставить замолчать дьявола — это дело Божие; со временем, может быть, нам будет дана эта тишина или какие-то периоды тишины. А другие периоды нашей жизни будут, так сказать, несколько омрачены этой историей, но мы, оставаясь в уповании на Бога, веря в силу Божию, будем терпеливо свою лошадку направлять ко Христу.

Как правило, советую таким людям не чересчур страдать. Говорю: «Разные же бывают неправильные мысли: осуждающие, кощунственные, тщеславные и всякие другие. Это просто одна из них. Ты же с ними не согласен? Значит, это не твоё, а со стороны навеяно, очередной вражий прилог, наваждение. Как от мухи, отмахнись, скажи: ʺГосподи, помилуйʺ и не зацикливайся».

Иногда говорят: «У меня сомнение» по поводу того или иного вероучительного момента. В таких случаях я отвечаю: «Бывают два вида сомнения. Когда что-нибудь непонятно — поищи ответ, разберись. А бывает просто мысль, наваждение — отмахнись, как от мухи, да и все».

Стоит ли таким людям советовать обратиться к психиатру? Обычно нет. К психиатру — это, например, когда человек убеждает: «Батюшка, знаете, как все против меня ополчились! Смотрите, как всё сходится…» В таких случаях я как священник ничего не могу сделать, только направить к психиатру (хотя обычно люди не идут и даже обижаются). Принцип, по идее, тот же: «Постарайся не зацикливаться на своих мыслях». Но люди психически нездоровые на это обычно не способны: «Как же я могу не зацикливаться? Ведь всё так серьезно». В таких случаях без врача не обойтись, нужно людям это аккуратно объяснить.