29 февраля 2024
Анонимный вопрос

Записки «простые» и «заказные». Как относиться к разным практикам?

Сегодня во многих храмах различаются «заказные» и «обычные» записки, и существуют разные практики поминовения по ним: в одних храмах заказные записки прочитывает сам священник, вынимая частицы за каждое имя, остальные просто читают рядом алтарники; в других храмах заказные попадают на проскомидию, а простые минуют её (остаются, например, на молебен); в третьих — записки вовсе не разделяют. Кроме того, существует множество различных вариацией с поминовением «заказных» на сугубой ектенье, выдачей за них просфор и т. д.

— Как вы относитесь к практике такого разделения записок, и в чём должна заключаться разница между обычными и заказными записками?

— Обязательно ли все записки должен прочитывать священник или в этом вполне могут помогать алтарники?

— Стоит ли, по вашему мнению, более серьезно поднять вопрос поминовения записок на общецерковном уровне или его можно оставить на усмотрение каждого настоятеля?

Вопрос поступил в июле 2018 года, но вновь поднят наверх после получения очередного экспертного мнения

Ну, я бы начал с конца. Я бы не стал выносить на общецерковное обсуждение вопрос о поминовении записок в форме, соответственно званий и тому роду поминовения, которые подразумеваются. Потому что, на самом деле, мы понимаем, что церковная практика очень разнообразна.

Если мы возьмём какой-нибудь сельский приход с небольшим количеством прихожан, и городской собор, где поток людей бывает в разы, а то и на порядок больше, то, конечно, практика вряд ли получится одна и та же. Соответственно, как-то обобщить это будет довольно сложно, и привести какие-то критерии, в каком случае, и как надо поминать какие записки.

Здесь священник должен исходить из пастырской совести, и смотреть по своим силам и возможностям: сколько записок может помянуть он сам, а сколько ему могут помочь диакона́ или пономари, алтарники.

Конечно, в идеале, и простая и так называемая «заказная записка» должны иметь поминовение на Проскомидии. Это главная часть нашего поминовения, все священники это знают.

К сожалению, можно увидеть (но я не берусь это утверждать) что на некоторых приходах многоразличие поминовений иногда может вводиться не только в силу того, что не хватает сил помянуть, а как своего рода попытка привлечь побольше финансов от прихожан. Это, конечно, мягко говоря, не лучший мотив, не лучшая мотивация для введения различного рода поминовений.

Но, в тоже время, можно сказать, что помощь алтарников, диконо́в в поминовении допустима, а иногда, в некоторых случаях, просто необходима, когда у священника не хватает времени и сил, а число имён на записках просто превышает его возможности.

Поэтому здесь каждый уже решает и смотрит по своей совести. Конечно же, мы понимаем, что, если, допустим, у священника есть маленькие дети, семья ждет его дома — это один вариант. А если у него уже выросшие дети, и у него есть желание, то мы знаем некоторых пастырей, которые пол ночи проводили за поминанием большого числа записок. Здесь уже надо и не перестараться, и не забыть свою малую церковь, свою семью, и иметь веру в то, что если помощники священника с благоговением поминают записки, то Господь, безусловно, это поминовение принимает.

Тем более что мы знаем практику литургическую, когда за целый ряд святых вынимается одна Частица; или за всех архиереев, и за всё воинство одна большая Частица. То есть, тут нет какого-то препятствия тому, чтобы несколько имён произнесённых тихонько или вслух были бы учтены в священнодействии Проскомидии.

Продолжение...

Вообще, всё, что подаётся, имеет цену церковной молитвы. Отцу Иоанну Кронштадтскому подавали много записок. Он, конечно, просто физически не мог их все прочесть. Но молился — это самое главное.

Прочитывать, конечно, желательно. По благословению священника читает алтарник или даже клирос. Это труд. Но даже если кто-то и невольно, по немощи упустил имя — Господь всё равно помянет. А сколько кому нужно — это Господь Сам распределит. За каждое имя всё равно невозможно вынуть. Поэтому «помяни, Господи, принесших и их же ради принесоша», — за живых и усопших там есть такие слова. И обычно благословляют всех. А кому что распределяется — этой бухгалтерией заниматься не нужно.

Иной раз те, кто подает записки, рассуждает так: «Нужно, чтобы я услышал, что меня помянули». Надо чтобы Бог услышал. Я думаю, если с верой — Господь помянет всех.

Особых правил чтения записок, думаю, не стоит вводить. Господь устроит.

Владыка Афанасий (Сахаров) в своей работе «О поминовении усопших» писал, что некоторые прихожане стремятся подавать записки дьякону, чтобы он пронес их через Царские Врата, и верят, что этим запискам придается особый статус.

Я думаю, главное здесь — вера тех, кто приносит, и тех, кто молится. Поэтому не нужно особенно обременять это особыми условиями. Как, например, просфоры полагается вынимать во время Проскомидии, но бывают случаи, когда их вынимают накануне. У некоторых нет возможности печь много просфор. Что делать? Можно вынуть все из одной просфоры. У греков вообще одна просфора на всё.

Нужно лишь чаще служить, молиться, а в остальном — Святая Воля Господа.

Продолжение...

Относиться к этому нужно просто как к разным традициям. Взять всё и переделать с неправильного на правильное — это тоже сложное искушение. Не стоит этого делать. Есть традиция — и пусть.

Главное — помянуть по совести все записки. Необязательно вынуть частичку на каждое имя, но во время проскомидийной молитвы записки должны быть прочитаны. Причём не имеет значения, читают их в алтаре, или вне алтаря; читают люди, облеченные в фелонь, или стихарь, или вообще миряне. Но надо поминать, если призвали к общей молитве, к поминовению.

Существуют разные традиции, связанные с разными факторами, в том числе и материальными, поэтому оставим это на усмотрение настоятелей.

Продолжение...

В древней Церкви не было деления записок на «простые» и «заказные». Такая практика родилась из-за трудностей с финансированием храмов. Но раз уж эта практика сложилась, то тут важна прежде всего порядочность священника по отношению к тем запискам, которые подают в алтарь.

По Уставу само поминовение совершается только на Проскомидии.

И то, что некоторые батюшки устраивают поминовение на ектенье во время Литургии и по сорок минут читают записки — это, мягко говоря, преступление.


Почему я должен стоять и выслушивать целую тираду? И для чего тогда Проскомидия?

Литургия делится на три части: Проскомидия, Литургия оглашенных и Литургия верных. Этого никто не отменял и не может отменить. И Проскомидия существует как раз для того, чтобы поминать всех о здравии и о упокоении. А то, что иногда это поминовение откладывают на потом, чтобы все услышали — весьма опасно и лукаво: «вот, Марья Васильевна, слушайте, как я хорошо поминаю ваши записки!»

Поминовение должно совершаться на Проскомидии: священник читает «заказные» записки, вынимает за каждого частицу и кладёт на дискос. Диаконы и алтарники в это время тоже читают записки, сорокоусты и синодики, которые существуют в каждом храме.

В этом вопросе надо придерживаться такой практики, которая несёт и благородство, и порядочность.

С одной стороны, все «заказные» записки должны быть помянуты на Проскомидии — раз уж ты берешь за них деньги, то берешь и обязанность молиться за каждого — надо быть порядочным. С другой стороны, читать их вслух, чтобы тётя Маша слышала, не надо — это неправильно и удлиняет службу. Святой праведный Иоанн Кронштадтский никогда не удлинял службу, он всех «принесших и ихже ради принесо́ша» поминал на Проскомидии.


Продолжение...

Любая записка, поданная в алтарь на Литургию, должна поминаться на проскомидии. За каждое имя должна быть вынута частица, которая в конце Литургии погружается в потир и омывается Божественной Кровью.

Разница между «заказной» и «простой» запиской возникла по причине многочисленности людей на приходах. В некоторых сельских храмах на Литургии присутствует несколько десятков молящихся, и священник имеет возможность за каждое имя вынуть частицу. В монастырских соборах во время Литургии бывает от тысячи до двух тысяч человек. Поэтому весьма искусственно записки разделяются на заказные и простые. Так как заказная записка подается с гораздо большим пожертвованием на нужды храма, чем простая, то заказных бывает немного. Священник успевает помянуть и вынуть за каждое имя частицу, а потом их читает диакон, произнося заздравную ектенью. Простые прочитывают алтарники.

Брат преподобного Никона (Беляева) Оптинского Иван Митрофанович Беляев, который некоторое время был послушником в Скиту Оптиной пустыни, в своих воспоминаниях писал, что в Скиту были толстые книги с записанными в них многочисленными именами для молитвенного поминовения. В скитском храме Усекновения главы Иоанна Предтечи строго соблюдались каноны. Во время Божественной Литургии в алтаре могли находиться только служащие священник, иеродиакон и помогавший им алтарник. Остальная братия располагалась на солее, держа в руках поминальные книги. Когда алтарник сообщал им: «Проскомидия началась», они начинали читать синодики. Такой порядок благословили оптинские старцы.

Милосердный Господь подаст нам Свою помощь, когда видит наши трудности при искреннем нашем желании исполнить свои священнические обязанности. Когда Божественную Литургию служил святой праведный Иоанн Кронштадтский, в алтарь вносили целые коробки с записками и телеграммами, к которых были указаны имена для поминовения. Во время проскомидии он простирал руки над этими коробками и просил Господа Бога помянуть всех, за кого поданы записки.


Продолжение...

У нас [в храме свт. Николая в Кузнецах — прим. ред] нет разницы между записками, все записки одинаковые. Я считаю, что коммерческий подход в Церкви — это очень опасная вещь. И в нашем храме все требы совершаются бесплатно — нет никакой платы ни за молебны, ни за отпевание, ни за венчание, ни за крестины, ни за поминовение на проскомидии. А прихожане могут жертвовать сколько хотят в копилку, которая стои́т в храме.

Мы, конечно, напоминаем прихожанам, что приходская жизнь — это наше общее дело, наша общая обязанность; что для того, чтобы приходская жизнь шла нужным образом, нужны средства, и эти средства могут пожертвовать только все вместе, собрать всей общиной. И прихожане жертвуют. Так что мы кое-как справляемся.

Но надо сказать, что, конечно, не получается никакого богатства, совершенно не остаётся каких-то излишек. Иногда бывает трудно. Но когда бывает что-то уж совсем трудное, Господь посылает нам помощь: приходит какой-то богатый человек и приносит нужные деньги. Так мы живём уже десятки лет, и Господь нас не оставляет. Я думаю, что Богу угодно наше желание исполнять заповедь Божию: «Туне приясте, туне дадите» (Матф. 10:8), без всякой коммерции. И, по-моему, это правильно.

Что касается записок, то это вопрос не такой уж и простой. Потому что, с одной стороны, с древности были известны диптихи. Диптих — это две дощечки; на одной написаны имена за здравие, а на другой — за упокой. Тех, кто жертвовал на Церковь, тоже записывали сюда, как бы воздавая им благодарность. Такие поминовения были в Церкви с древности, но всё-таки они никогда не носили характера товарно-денежных отношений. А потом постепенно диптихи приобретают характер записки, который можно подать за деньги. А значит, чем больше записок, чем они дороже, тем больше доход у храма. В России это развилось в особенности, поскольку в России храмы большие и прихожан всегда было много, то естественно, что в больших храмах записок очень много и прочитать их просто нереально.

Например, когда служил отец Иоанн Кронштадтский, то записок были такие горы, что он просто брал их все, приносил к Престолу и говорил: «Господи, помяни всех, кто здесь написан» — и не читал их. И просфоры он даже не все вынимал, а благословлял их, вынимал одну просфору и говорил: «Господи, помяни всех, за кого эти просфоры поданы». И по его молитве было множество исцелений тех, кто был в этих записках записан, хотя их никто и не читал.

А ведь чтение записок само по себе — это же не магия. Какая разница, кто прочитает: алтарник прочитает или священник пробубнит? Это же не волшебство, правда? Понятно, если священник молится от всего сердца: «Господи, исцели эту болящую, у которой сегодня будет тяжёлая операция» — то он может вложить в это своё сердечное участие; и когда мало имён, и маленькая община, и священнику говорят: «Батюшка, помолитесь за этого болящего» — тогда это имеет смысл. Когда его попросили, и он знает, о ком и о чём он молится. А когда горы записок, все имена подряд написаны, и не знаешь кто здесь кто — так ли важно, чтобы он пробубнил эти имена, или чтобы алтарник их пробежал глазами?

Мы прочитываем эти записки, чтобы не быть какими-то модернистами и обновленцами и не рушить традиции. Но, честно говоря, я не могу относиться к этому как к какому-то осмысленному действию. По-моему, когда произносится ектения, то все прихожане должны помянуть своих больных и усопших, потому что они знают, за кого они молятся. Можно дать священнику помолиться за тех, кого он знает, и сказать: «Батюшка, помолитесь за этих и за этих», но только так, чтобы он понимал, за кого он молится — тогда это имеет смысл.

А если просто прочитывать горы записок — то я не думаю, что имеется какая-то большая разница от того, как и кто их прочитает. «Заказные» они или «простые», каким цветом помечены или какая галочка проставлена — я думаю, от этого ничего не меняется.

Продолжение...

Комментарии

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
или

— Стоит ли, по вашему мнению, более серьезно поднять вопрос поминовения записок на общецерковном уровне или его можно оставить???


ДАВНО ПОРА И ОБЯЗАТЕЛЬНО СТОИТ, УЧИТЫВАЯ ПРИ ЭТОМ МНЕНИЯ СВ. ОТЦОВ И ИСТОРИЧЕСКУЮ ПРАКТИКУ! ТАК КАК ИЗ-ЗА РАЗНОМЫСЛИЯ ПО ЭТОМУ ВОПРОСУ ЧАСТО ВОЗНИКАЮТ ПРОБЛЕМЫ И НЕДОРАЗУМЕНИЯ!

И полезно ли любому человеку поминать сотни имён ВО ВРЕМЯ БОГОСЛУЖЕНИЯ, выпадая из него умом и сердцем, отделяясь от общества молящихся?

Мне кажется, с заказными записками произошла подмена понятий. Раньше, когда богослужение не совершалось ежедневно нигде, кроме соборных храмов и крупных монастырей, было понятие «заказная литургия», то есть такая, которую служил священник по «заказу» (то есть просьбе) отдельных прихожан вне расписания в памятные для них дни: именин, рождения, смерти и т. п.

Такая практика до сих пор сохраняется в Закарпатье: воскресенья и праздники — для всего прихода, а будние дни расписаны на много дней вперед отдельными семьями под «заказные» службы.

Пожертвование за такой «заказ» естественно было больше: нужно было и хор оплатить, и свечи, и просфоры, и вино (или принести самим и спеть самим).

Таким образом, в современных условиях большого городского храма с ежедневным или почти ежедневным богослужением понятие «заказного» поминовения теряет всякий смысл, а для отдаленной местности могло бы еще иметь, но при нехватке священников в сельских приходах тоже неактуально — хорошо, если один раз в месяц бывает богослужение.

То же самое касается «заказного» молебна. Если водосвятие и так совершается ежевоскресно, все поминовения за таким молебном одинаковы по своему смыслу. А если прихожане в частном порядке просят совершить молебен во внеурочное время, это и есть «заказной» молебен.

Вместе с тем, в приходской практике мы часто сами выделяем тех или иных людей гласным поминовением за литургией: например, если в храме стоит покойник — как можно не подойти и не произнести над ним заупокойную ектению? Служить литургию и делать вид, что покойника в храме нет? А на панихиде гласно прочитываем имена тех, чьи родные пришли их помянуть.

Думаю, что намного правильнее не делить записки по разрядам, а поддерживать в прихожанах желание указывать при именах особые нужды (день операции, день рождения, день смерти и т. п.), а вдумчивый пастырь сам определит, каким способом отреагировать на эти сигналы «снизу».

Конечно, приятно, когда из твоей просфоры за каждое имя вынут по частичке. И приятно слышать, как твою записку диакон или священник громко, с чувством и разборчиво возглашает на ектенье. А если не услышал поданной записки, то неприятно. И неприятно, когда гложет сомнение, а ну как священники не всех поминают в алтаре.

Но, пока мы погружены в свои приятности и неприятности, смущения, сомнения, помыслы, в храме Божием (маленьком или большом, в деревне или в столице) совершается одна и та же Божественная литургия, за которой вся Единая, Святая, Соборная и Апостольская Церковь собирается у Престола Божьего и причащается Святых Христовых Тайн. При этом поминаются не только те, за кого служащее духовенство вынуло частички из просфор. За Литургией поминается вся Церковь. Это непреложно, на это не влияют наши немощи и вообще ничто земное.

В молитве, которой завершается чин проскомидии за Божественной литургией, говорится (в переводе на русский): «Помяни как благой и человеколюбивый тех, кто принесли, и тех, ради кого принесли (имеются в виду люди, принесшие дары, то есть хлеб и вино для совершения службы, и те, в память о ком, то есть с молитвой о ком принесены дары), и также сохрани неосуждёнными нас, совершающих священнодействие Божественных Твоих Тайн». Из других молитвословий проскомидии ясно, что дары приносятся не только за прихожан конкретного храма, но и за всех православных христиан, живых и усопших, в том числе всех Святых.

Зачем же тогда люди пишут записки? Записки это форма молитвы человека о его близких и о самом себе, в этом проявляется его участие в Общем Деле («литургия» означает «общее дело»), в жизни Церкви — Тела Христова.

Проблема каждого из нас не в записках и частичках, а в том, чтобы не лишиться своей части за Священной Трапезой. Но, по словам апостола Павла, «кто отлучит нас от любви Божией» (Рим. 8, 35)? «Ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 8, 39). Никто не может нас лишить участия в Божественной Трапезе… кроме нашего греха.

Сидит старушка дома, пишет записки на Литургию, скорбит о маловерных родственниках, живых и усопших, желает им вечного спасения, подаёт записку «за ящик», делает посильное пожертвование на храм, молится за Литургией, причащается Святых Христовых Тайн. И эти старушкины скорбь и молитва, и причастие делают её причастницей Жизни Вечной, а заодно таинственным образом делают не чуждыми этой Жизни и тех, о ком она скорбит и молится, и пишет записки.

Может быть, сама старушка не без греха, но вспомним притчу из «Братьев Карамазовых» Достоевского. Там умершей грешнице, кипящей в огненном озере, ангел-хранитель протянул луковку и за эту луковку стал вытаскивать её из ада. А за грешницу уцепились и другие грешники, и все могли бы спастись. Так и старушка, пусть и немощная духовно, но цепляется своей верой, как луковкой, за Вечную Жизнь и может своими простодушными записками «о здравии» и «о упокоении» других грешников тоже приобщить Вечной Жизни.

Но вот она задумалась: «А читают ли мою записку в алтаре? А вынимают ли батюшки частички из моих просфорок?» И от этих суетных помыслов спасительная луковка увядает и может оборваться, если человек, конечно, не покается в своих недобрых подозрениях.

Что касается действий служащего Литургию священника, то, если он любит своих прихожан, желает им спасения, молится за них, то благо ему, а если немощен в любви, пусть кается. А прихожанам нужно молиться за своих батюшек и не осуждать их, чтобы и самим не подпасть осуждению. И, уж если Бог доверил священнослужителям совершение Божественных служб, не будем предаваться подозрениям, чтобы не уподобиться ветхозаветному Хаму, который подглядывал за своим отцом.

Молитва или бесценна, или вообще ничего не стоит. Я взял записку и прочитал: «о здравии Марии» — за что здесь брать деньги? Дело любви не может мериться деньгами. Соответственно, люди, которые стоят за свечным ящиком как церковные служители тоже должны так рассуждать.
Но нам, «продвинутым» в церковном отношении, нужно быть осторожными в суждениях. Вот, человек спрашивает, сколько стоит причаститься или окрестить младенца. Звучит это неприятно, а в душе у него, возможно, все не так плохо. Просто он не умеет правильно выразить свои мысли и чувства.

Жертва — это не только передача материальных средств, но еще и участие в общем деле. Некоторые рассуждают так: если храм богатый, то на него не надо жертвовать. Конечно, храм будет стоять — Бог найдет способ помочь ему. Но если я прихожанин этого храма, то мне обязательно захочется что-то сделать именно для него.
Вот поучительный пример из жизни. Один прихожанин нашего храма, оказавший приходу огромную материальную помощь, как-то попросил меня отслужить молебен. Я отслужил, он мне дает деньги. Я говорю: «Ну, что Вы? Какие деньги?» Он говорит: «Нет, я хочу пожертвовать». Человеку приятно было своими руками передать жертву на храм, а не только организовать финансирование некоего церковного проекта.

Можно здесь вспомнить афонскую практику. После завершения последования третьего часа, священник звонит в колокольчик, и все в храме, в полной тишине, поминают своих близких о здравии, а священник вынимает частицы непрерывно. Затем еще один «звонок» — начинается поминовение усопших, наконец, после третьего звонка поминовение завершается, а чтец начинает шестой час.

Хорошая традиция, только не кто не не понимает для чего звонят в колокольчик на Литургии Преждеосвященных Дорога при переносе.

А как на счёт тетрадей (синодиков) для поминовения, а записки для тех, кто заходит редко или просто по случаю мимо…
Такие тетради обычно периодически переносят из Алтаря в лавку для добавления новых имён и обратно.

Если взять во внимание Писание (а простые образы, данные Богом через Моисея, помогают вникнуть в вещи неудобопонимаемые), то от человека, который приходит в храм помолиться, требуется жертва: ««И никто не должен являться пред лице Господа с пустыми руками» (Втор. 16:16).
Так что, реляции о бесплатных требах воздают честь личности самого настоятеля, как бессребреника, но не самой вещи — Богослужение.
В прежние времена, всякую принесённую жертву священник заколал, кровь выливал, а остальные части распределялись по чину жертвы в зависимости от намерения приносящих. В этих действиях видна наша современная проскомидия.
Другими словами, проскомидия должна совершаться за каждое имя, внесённое в алтарь.
И на практике это выглядит так. У меня есть знакомый батюшка; у него 5 детей. Когда я вынимал одну «частичку» за матушку со чадами, то потом частенько меня просили молиться о болящих детях. Как только я стал вынимать за каждого ребёнка, тут же просьбы прекратились. Небольшие редкие простуды — не в счёт.
Господь, в чьих руках «ключи (от) ада и смерти «(Отк. 1:18), через жертвоприношение (проскомидию) отодвигает Свой суд над человеком, прощая грехи рукою священника.
Один яркий пример. Женщина постоянно подавала записки о своей сестре. Та с благодарностью принимала заботу о себе, но в храм ходить отказывалась: «Ты за меня молишься, а мне некогда». В какой-то момент женщина не смогла подать записку, и сестра скоропостижно скончалась. Во сне, в постели.
Другое дело — личная молитва праведника без жертвоприношения (условно, конечно, т.к. сама жизнь праведника — это жертва Богу).
В этом случае, например, пророк молитвами избавляет народ от руки иноплеменников (Самуил; 1Ц, 7:8), исцеляет от проказы (Елисей; 4 Ц, 5:10) и пр., что облегчает путь человека к праведности, в современном мире — к Царствию Небесному.
Личная молитва имеет другое назначение, если угодно, другую силу, хотя и не отменяет жертву умилостивления. Святой Иоанн Кронштадтский своей жизнью, своей жертвой обрел от Бога силу молитвы, силу чудотворения. И он мог по своему произволению исцелять, творить чудеса и не читать записки, просто перекрестив их.
Не у всех такая сила есть. И пономарь, просматривающий записки михоходом, уж точно такой силы не имеет. О «пользе «подобной «молитвы» никто не слышал? Вреда бы не было.
Существенный момент — вера того, о ком совершают проскомидию. Если человек в принципе не отрицает возможности спасения во Царствии Отца нашего, понятно, крещёный, но не Причащается, то мы не отказываем в молитве (на проскомидии). Господь в сердце Сам «постучится» и выведет на истинный путь. Случай — из опыта.
Отказываем в молитве тем, кто крест не носит. Таким предлагаем, прежде, изучить основы веры и отказаться от неправды в их жизни. Личная неправда препятствует благодати войти в сердце человека, сколько за него не молись.

Интересно, об этом Церковь говорит немного иначе, если имеется в виду поминание на Проскомидии, когда в конце Литургии эти частицы высыпаются в потир с Кровью Христовой с молитвой: «отмой, Господи, грехи поминавшихся здесь …», (есть ли какая иная молитва в это время — для понамарей ли или еще для кого, мне не известно).
Итак —
mospat.ru/church-and-time/302 — архп. Серги Страгородский — о частицах, винимаемых на проскомидии — «Частица вынутая за кого-либо живого или умершего, потом должна лежать на дискосе вместе со Св[ятыми] Дарами, во время освящения последних и потом погружается в потир и, вместе с Телом Христовым, напаяется Его Кровию. Чрез это поминаемые делаются причастниками Св[ятых] Тайн и пользуются плодами такого причастия. Таким образом, если поминовение на проскомидии не пустая проформа, никому ничего не приносящая, то поминать за проскомидией инославных значит допускать их до евхаристического общения, что возможно только после их присоединения к Церкви.»
свт.Симеон Солунский и ссылавшийся на него прп. Паисий Величковский
(прот.Сергей Четвериков — «Молдавский старец Паисий Величковский …» — refdb.ru/look/1235312-pall.html) называет это заочным причастием Святых Таин.
прп.Лев Оптинский «Душеполезные поучения Оптинских старцев» Письмо № 207: «О поминовении на проскомидии справедливо вам говорит духовная особа, что не должно поминать явно грешников, пребывающих в нераскаянии, в заблуждении и расколах; по толкованию учителей церковных — через соединение частиц, вынутых за их имена, с Божественною Кровию, — не очищение, но осуждение для них бывает. О грешниках же, но кающихся и полагающих начало, можно и молиться, и подавать на проскомидию, также поминать на молитве и обращении их можно, как и Церковь молит о соединении всех, однако ж, дабы с такою раз­борчивостью не подпасть бы вам фарисейскому мудрованию, подавайте на проскомидию о ближних ваших, известных вам; а о прочих молися вообще, и в мысли стараясь считать всех святыми (впрочем, не подражая делам их худым), любовь свою каждому делами при случающихся обстоятельствах. Это будет надежнее, а то и в том и в другом случае опасно, избежать фарисейского мудрования и о себе мнения»"
Если же поминаются неизвестно кто — как в заупокойных, так и в записках о здравствующих (а не о здравии), то по слову 33му прп. Симеона Нового Богослова: «Горе священнику, который преподает таковому Божественные Тайны, горе и ему, причащающемуся их. Горе причащающемуся, потому что, причащаясь после срамных дел, не очищенных покаянием и епитимиями, он все больше и больше подпадает власти диавола, а наконец и совсем им завладевается; и Бог совершенно оставляет такого за его срамность и нечистоту, и особенно за его бесстыдство и дерзость, как пишет Святое Евангелие об Иуде, что как только причастился он поданного ему Христом Господом хлеба, сей божественной вечери, тотчас по хлебе вниде в онь сатана (Ин.13:27). Горе священнику, причащающему его, что удостоивает причастия недостойного и преподает пречистое Тело и честную Кровь Христа Спасителя тому, кто недостоин даже преступать порога храма Божия, с кем запрещено вместе вкушать и простую пищу всякому христианину, как законоположил святой Апостол Павел, говоря: аще некий брат именуем будет блудник, или лихоимец, или идолослужитель, или досадитель, или пияница, или хищник, с таковым ниже ясти (1Кор.5:11). Видишь, что поистине даже не брат христианам такой человек, а только именуется так.
Преподающий такому Тайны праведно подлежит осуждению, и за то, что чрез это он человека, грешащего по уклонению от правого помысла и по легкомысленной небрежности, делает совершенным врагом Богу.»


История возникновения поминальных записок наверное уходит дальше, чем тяжелые финансовые времена — тогда, когда христиане горели желанием приобщиться Христовых тайн, но по каким-либо причинам не могли быть в церкви. Сюда можно добавить и женщин, которым в их критические дни Церковь возбраняет участие в Евхаристии —
2е св. Дионисия Александрийского;
7е св. Тимофея Александрийского; но не запрещают молиться в храме.
Общеобязательность этих правил утверждена 2 м правилом 6го Вселенского собора. За нарушение этого правила полагается 40 дней епитимия по 28му правилу св. Иоанна Постника.


По поводу финансовой составляющей — десятину Господь не отменял. Как в Ветхом завете она была, так и в Новом есть. В 7й главе послания к евреям упоминается эта заповедь. А вот ценники в храмах нигде не упоминаются. Если учить людей жить по заповедям (включая Евхаристию и десятину), то эти благодарные о своем спасении и важности участия в Таинствах люди не дадут бедствовать ни храму, ни епархии ни клиру. Ну и каноны будут соблюдены.



Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
или

Материалы по теме
Освящение воды, непригодной для питья
Протоиерей Андрей Кривонис, Севастополь

Никакого запрета на освящение воды, которая не пригодна для питья мне... Продолжение

17 января 1918 0
Сообщается ли Крещенской воде сила очищения (разрешения) грехов?
Протоиерей Андрей Кривонис, Севастополь

Чтобы ответить на заданный вопрос, необходимо проследить историю... Продолжение

19 января 2219 1
Лики на просфорах и артосах
Протоиерей Андрей Кривонис, Севастополь

Изображение Богородицы и святых на просфорах, а Воскресения... Продолжение

19 апреля 4601 4
Водосвятный молебен в Светлую Пятницу
Протоиерей Андрей Кривонис, Севастополь

В «Богослужебных указаниях» указывается что: «По обычаю, после... Продолжение

6 мая 9092 0
Покрытие лица священнослужителя воздухом на отпевании
Протоиерей Андрей Кривонис, Севастополь

Прежде всего необходимо отметить, что особые чины погребения священников... Продолжение

2 декабря 2334 0
Служебник в смартфоне
Протоиерей Феодор Бородин, Москва
21 ноября 2502 1
Может ли причащаться священник, который всю службу исповедует прихожан?
Протоиерей Павел Хондзинский, Москва
Также ответил
Протоиерей Александр Белый-Кругляков, Усть-Илимск
30 ноября 1980 0
Какова практика использования иерейским молитвословом?
Протоиерей Андрей Кривонис, Севастополь

«Иерейский молитвослов» был издан в 1900 г. в Москве... Продолжение

24 октября 1799 0
Сорок частиц из просфоры за одного человека
Протоиерей Александр Белый-Кругляков, Усть-Илимск
5 ноября 1830 0
Тропарь Креста. Разночтения
Протоиерей Павел Хондзинский, Москва

Раньше тропарь Креста встречался в разных вариантах. У нас были слова... Продолжение

27 сентября 5518 17
Храм в Горетово: составление служб новомученикам и исповедникам российским
Протоиерей Илия Шапиро, Горетово
1 ноября 514 0
;
Сидение диакона в алтаре.
Протоиерей Владимир Воробьев, Москва

Речь тут не о каком-то догматическом, каноническом значении, —... Продолжение

Также ответили
Епископ Кирилл (Зинковский), Сергиев Посад
Епископ Антоний (Азизов), Волгодонск
30 ноября 1091 0
;
Разные просфоры о здравии и об упокоении
Протоиерей Владимир Воробьев, Москва

Это такой формализм, что даже обидно читать. Мы колдуны какие-то, что ли?... Продолжение

Также ответили
Епископ Кирилл (Зинковский), Сергиев Посад
Епископ Антоний (Азизов), Волгодонск
30 ноября 1692 4
При каких обстоятельствах допустимо Венчание в пост?
Протоиерей Димитрий Пашков, Москва

Запрет венчать во время постов опирается на 52-е правило Лаодикийского... Продолжение

Также ответил
Протоиерей Лев Махно, Тула
1 мая 7518 4
О хранении и вкушении Артоса
Протоиерей Андрей Кривонис, Севастополь

Текст указа Святейшего Синода от 15 июня 1723 г. о запрете хранения... Продолжение

Также ответил
Протоиерей Александр Белый-Кругляков, Усть-Илимск
23 мая 873 0
Предложение добавления слово «любовь» в богослужебный текст.
Протоиерей Андрей Кривонис, Севастополь

Указанное расхождение в возгласе перед Причастием верных:... Продолжение

20 февраля 1372 1
Запечатывание земли
Протоиерей Александр Белый-Кругляков, Усть-Илимск
19 января 2583 2
Разрешительная молитва на отпевании из Требника
Протоиерей Андрей Кривонис, Севастополь

Обычай вкладывать в руки покойного разрешительную молитву известен... Продолжение

5 декабря 2132 7
Отпевание католика, который ходил в православный храм
Протоиерей Павел Хондзинский, Москва

Строго говоря, есть чин проводов усопшего неправославного.Но если... Продолжение

Также ответили
Протоиерей Лев Махно, Тула
Епископ Пантелеимон (Шатов), Москва
Редакция сайта ПАСТЫРЬ
22 декабря 1330 1
;
Есть ли чин служения Литургии одним священником без хора?
Протоиерей Андрей Кривонис, Севастополь

Такого чина нет, так как Евхаристия — это «собрание»... Продолжение

26 декабря 1959 18
Бросание яиц с амвона на пасхальном богослужении
Протоиерей Андрей Кривонис, Севастополь

Где эта традиция появилась и кто её придумал, мне неизвестно... Продолжение

Также ответили
Протоиерей Александр Белый-Кругляков, Усть-Илимск
Епископ Антоний (Азизов), Волгодонск
27 мая 2942 3

ПАСТЫРСТВО: духовник душепопечение дети молодежь семья cмерть тяжелобольные епитимьи психология психиатрия
ЛИЧНОСТЬ СВЯЩЕННИКА: духовная жизнь священника пастырские искушения семья священника самоорганизация внешний вид
ПРИХОД: община храм настоятельство внебогослужебная жизнь дети на приходе причт клирос деньги
ТАИНСТВА: Евхаристия исповедь крещение венчание
БОГОСЛУЖЕНИЕ: Литургия постовое богослужение требы отпевание
СВЯЩЕННИК И ОБЩЕСТВО: власти СМИ вузы школы бизнес армия МЧС МВД больницы тюрьмы инославие НРД иные религии гонения
ИЕРАРХИЯ: епископ епархия благочинные МИССИЯ
УЧИТЕЛЬСТВО: проповедь катехизация
СОЦИАЛЬНОЕ СЛУЖЕНИЕ: инвалиды бездомные наркоманы зависимые сестричества
АСКЕТИКА: пост молитва святые отцы монашество
ПАСТЫРСКАЯ ПОДГОТОВКА: призвание образование
ДРУГОЕ: беснование биоэтика богословие диаконское служение каноны 1917 covid подборки новомученики Дискуссия